Jump to content

Сказочница

Пользователи
  • Content count

    86
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    21

Everything posted by Сказочница

  1. Сон № 38. Отъезд с моря

    @Ирина ... а хочется, конечно, в Питер))) После нашей последней медитации, полегче поставить всё на свои места) там и с желаниями разберусь и целями. Надеюсь)) спасибо большое! как всегда - очень полезная информация для размышления)
  2. Сон № 38. Отъезд с моря

    Лето, солнечно. Я прихожу на берег моря или океана. Солнце уже мягкое, не обжигает – время где-то после четырех часов вечера. Здесь на берегу я подхожу к маленькой светловолосой девочке – ей около 4 лет. Разговаривает она ещё плохо и вообще, кажется, не разговаривает, но она всё хорошо понимает. Характер у неё послушный, она кажется мне очень замкнутой, но ко мне она относится хорошо, доверительно, хотя и держится на дистанции. Мне нужно собрать её в дорогу – время уезжать отсюда. Здесь ещё мой папа. Он эту девочку сопровождал во время купания: её семья дала ей возможность ещё поплескаться. В это время они собрали свои чемоданы, кажется, у нас с папой отпуск длиннее, чем у её родителей и её старшего (лет 10) брата. Девочка снимает с себя спасательный жилет оранжевого цвета (он хотя и тонкий, но очень плотный и надёжный) и раздельный купальник. Эти вещи нужно сполоснуть здесь в воде. Я беру жилет. Пахнет он просто ужасно, как будто его очень давно не чистили – он весь пропах рыбой и потом. Я беру щётку и провожу по нему. Удивительно, но этого вместе с водой оказывается достаточно, чтобы запах и несвежесть ушли. У меня на руках жилет – мокрый, но чистый и готовый к упаковке. Мы оказываемся в моей детской комнате. На кровати лежит огромный чемодан девочки. Она уже упаковала вещи из моего платяного шкафа. Я приношу жилет. Девочка всё просто чудесно уложила в синий старомодный чемодан, вещи лежат как книги стопочками, каждая в своём пакетике. Я говорю ей, что пакеты с мокрыми вещами лучше положить сверху, чтобы их было легко достать и просушить. Девочка, как я сказала, очень послушная, она вообще чудесный ребёнок и очень мне нравится, она достаёт пакет с уложенным в него купальником и вещи, аккуратно упакованные и сложенные в пакеты как кирпичики, опускаются вниз. Сверху мы кладём два пакета с мокрой одеждой. Потом мы оказываемся в большом школьном холле. Здесь нас ждут её родители. И здесь можно занять чем-то детей – стоит три столика (их просто не очень много) с карандашами и бумагой. Мы с папой присоединяемся к этой семье. Родители девочки не вызывают у меня доверия и я обхожу их стороной. Они кажутся мне слишком беспечными и рассеянными, они не особенно замечают, что делают их дети, хотя мальчик всё время при них и очень послушный, он как будто хочет казаться взрослым, а девочке нужно их внимание и присутствие. Просто как друга. А они его ей не дают. Потом мы оказываемся в огромном вокзале. Здесь очень красивые древние колонны – в них вырезаны узоры с цветами и их длинными стеблями. Здание очень высокое и звуки гулко разносятся под сводом. Пока мы бежим с чемоданами я успеваю залюбоваться. Людей в вокзале очень много. Все одеты в летнюю одежду. В основном все спокойно ходят туда-сюда. Мы пробегаем через улицу и оказываемся у билетных касс. Все покупают билеты, и наступает моя очередь. Я смотрю на свой паспорт, а он весь уклеен вложениями: фотографиями, тетрадными листами с записками. Его так украсила эта маленькая девочка. И почти каждую страницу обмотала всякими памятными штучками скотчем. Я листаю страницы. Мне нужно найти разворот со своей фотографией. Меня одновременно умиляет эта поделка – я понимаю, что девочка не хотела ничего плохого. В то же время я чувствую раздражение моего отца, от того что я копаюсь. Я стараюсь сохранять исключительное спокойствие и мягкость, чтобы не показать девочке, что она сделала что-то плохое, не спугнуть её, одновременно успокоить папу, сказав таким образом, что я справлюсь и всё в порядке, но при этом мне трудно не психануть самой. Я уже отчаиваюсь найти нужную мне страницу и спрашиваю у девочки не вырезала ли она случайно страницу с фотографией? Она качает головой. Она вообще не говорит, она только внимательно смотрит на меня всё время и взгляд у неё не детский, очень мудрый, серьёзный и, мне кажется, пытливый. Вздохнув, я продолжаю поиски и вдруг нахожу нужную мне страницу – на неё девочка намотала воспоминания с моими снимками и листами в клетку из тетрадей. Я не знаю, что написано на листочках (обычно какие-то идеи и свои мысли я записываю так), а фотографии я эти никогда не видела. На некоторых я вырезана из какого-то фона, какие-то ещё фотографии… я отматываю всё это и предъявляю свой документ кассиру. И тогда я спрашиваю у своей компании, которая устроилась неподалёку на креслах в зале ожидания: до куда мне брать билет? Они отвечают: до Долгопрудного. Я не понимаю: мы же собирались в Питер, зачем останавливаться на трети пути? Мне отвечают: сначала доедем до туда, а там посмотрим, может быть, и до Питера продлим. Я вздыхаю и отвечаю кассиру, что еду до Долгопрудного.
  3. Сон № 37. Выдра, школа, осьминог и дом

    @Ирина Спасибо большое@Ирина ! КАк всегда есть над чем подумать)
  4. Здравствуйте. Вторая часть сна мне кажется не для слабонервных В начале сна я пересекаю большой двор, который ведёт от дома в Д. к моей школе. Я пересекаю его до полудня, здесь тихо, сейчас разгар лета – деревья стоят зелёными, во дворе тихо и спокойно. Я прохожу по детской площадке. Тут я как будто встречаю ребёнка. Он плачет, потому что его любимый зверёк, маленький, детёныш выдры, кажется, погиб. Или он просто нашёл его маленький трупик в песке. Ребёнок очень расстроен. Я хочу избавить его от страданий и выкопав ямку здесь же на детской площадке, я кладу трупик в неё. Затем я иду дальше к своей школе. Я учусь в последнем 11 классе. У нас очень продвинутая школа. Здесь всё учитывается по потребностям и желаниям. Моё расписание довольно свободное. Я прохожу по небольшой площади и тут встречаюсь со своими одноклассниками. Почему-то уже почти ночь, всё ещё лето. Мы очень взрослые старшеклассники. Мы уже взрослые люди. Я одета как взрослая красивая женщина, идущая со свидания: в платье на тонких лямках и от моих шагов разносится стук босоножек на высоком каблуке. Настроение у меня отличное. Я не уверена, что готова к выпуску, просто наслаждаюсь тем, что я взрослая. И сверившись с расписанием иду на урок английского. Вдруг я понимаю, что не смотря на то, что не пропускала занятий, всегда приходила учиться, я по какой-то ошибке редко заходила в класс английского. Из 8 уроков была только на одном и вот пришла во второй раз. Мой класс ушёл далеко вперёд п программе. А я отстаю. И кроме того, я как будто забыла и то, что знала без необходимой постоянной практики. Школа эта очень продвинутая: здесь столы стоят не рядами, а вдоль стен, чтобы все могли друг друга видеть. Я еле-еле высиживаю урок, учитель думает, что пропускала я из-за своей излишней самоуверенности и надменно общается со мной. А я пребываю в страшной растерянности. Я остаюсь после уроков. Кажется, я решаю нагнать программу. Наступает глубокая ночь. Я слышу, как уходят учителя по домам и запирают школу и ставят её на сигнализацию. Я выхожу в главный холл, где так же вдоль стен стоят столы для собраний вне уроков, здесь можно пообщаться. Я спокойна. Я знаю, что проведу время с пользой. Но моё спокойствие нарушают двое мужчин, которые взламывают дверь, решив меня спасти. Я встречаю их. Они удивлены, что со мной всё в порядке и они зря переживали. С любопытством оглядывают холл и проходят в его глубь. И один из них едва не пересекает луч, пересекающий холл, это сигнализация. Я успеваю его остановить. Они занимаются своими делами – разглядывают как здесь всё странно устроено: одновременно и по-домашнему и немного по-детски и в то же время вроде бы всё для дела. Я в это время разбиваю много куриных яиц и взбиваю их. Как будто собираюсь готовить безе или вроде того. Всё это я делаю здесь же. когда они становятся нужной мне консистенции, я останавливаюсь и собираю всё ложкой, чтобы приготовить всё дома в печке. Мы уходим отсюда. Вторая часть сна: я купила осьминога или даже поймала его сама, поэтому он ещё и живой – как будто это доказывает мой подвиг. Вообще в этом не было нужды: продаются уже не живые для приготовления пищи. Но я всё сделала сама. Мне почему-то кажется, это ценным. Осьминог как будто хочет мне отомстить. А я несу его для шикарного ужина к своей подруги. Сначала я заглядываю к родителям домой, оставляю у них ненужные мне сумки и поднимаюсь к своей подруге. Этот осьминог всё время старается впиться своими тонкими щупальцами в моё тело, в руку, которой я держу пакет с ним. Осьминог довольно большой. Но я всё-таки приношу его подруге, я показываю ей, какое шикарное и необычное блюдо с ним можно приготовить и какой будет гарнир. Всё это я изображаю ещё с живым осьминогом. А потом я оказываюсь дома в Дм. Я в своей ванной, одета в хлопчатобумажный короткий халат. Рядом со мной стоят А. и моей отец. Я прошу их помочь мне. Я показываю им свои руки – во всё моё тело впиваются щупальцы этого осьминога. А. и мой папа хватают скользкие щупальца и вытаскивают из моих рук и ног и сбрасывают их в какой-то таз. Я снимаю халат с плечей и наконец полностью раздеваюсь. Кожа по всему телу у меня выглядит так, будто её долго тёрли жесткими материалами. Она выглядит воспалённой и порозовевшей и к тому же она шершавая и сухая. А. и мой отец немного смущены, я спокойна и в то же время решительна: сейчас не до стеснения – нужно вынуть как можно больше щупалец, пока они не скрылись под кожей. Они стараются сделать это. Но всё им вынуть не удаётся. На теле остаются рытвины. И я хотя очень оптимистична и стараюсь держаться стойко, готовлюсь к тому, что мне нужно выяснить, как это повлияет на моё здоровье и жизнь и существует ли какое-то противоядие или вакцина от этого. Тут я оказываюсь у своей подруги Н. в гостях. Настроение у неё хорошее. Она рассказывает как историю своего нежданного успеха, что недавно вернулась от родителей ни на что особенно не надеясь, но как вдруг ей стали подворачиваться разные проекты и сейчас она успешна и хотя она много зарабатывает, она ещё не успела благоустроить свою жизнь и обзавестись своим личным жильём. Волосы у Н. поразительно длинные.
  5. Сон № 36. Увольняюсь с работы

    @Ирина Описанное во второй части скрывалось от меня в жизни - не вижу, что я делаю для других. Только то, что как отражается на мне происходящее со мной. Спасибо большое.
  6. Сон № 36. Увольняюсь с работы

    Здравствуйте. Я как-то раньше не любила неприятные сны (то есть которые мне казались неприятными, потому что ранили меня). Но написав последний неприятный и получив его толкование, наоборот ощутила за них привил благодарности и за сон и за толкование-поддержку. Поэтому решила и этот написать. В этом сне я работаю в какой-то конторе. Есть злое начальство, которое эксплуатирует людей: с одной стороны даёт много ценных вещей, которые не используют сотрудники, и при этом не кормит. Настроения на работе просто чудовищные. Я выполняю работу посыльной. Мне нужно приносить воду и продовольствие. Для этого я хожу про просёлочным пыльным дорогам к складам, где я получаю воду. Удивительно, но погода здесь славная. Всё время светит солнце, хотя кажется, оно скрыто дымкой. По дороге назад я прохожу мимо прилавка с хлебо-пекарными изделиями. Лавку содержит женщина, она же и печёт всё, что есть на прилавке. Здесь есть и простые булочки и хлеб, а есть изумительные вкусные и к тому же полезные лакомства. Я стараюсь преобразить рабочий процесс, наполнить коллег хотя бы малой толикой радости и, заботясь об их здоровье, я покупаю им вкусный и очень полезный хлеб. Но вместо благодарности, я встречаю отчаяние: чем более вкусные продукты я приношу, тем более искусными и вкусными должны быть продукты, которые мы сами производим. Меня выводит из себя отчаяние, нежелание соответствовать, нежелание «перетрудиться» и делать по-настоящему хорошо. Поэтому я, собрав всю свою храбрость, отправляюсь к начальству, которое воспринимала как тиранов. Это несколько влиятельных людей. Они очень заботятся о материальной ценности тех немногих вещей, которые дают персоналу, это делает их жадными и расчётливыми. Я прихожу со своим рюкзаком, с которым ходила добывать продовольствие, и отдаю им казёные принадлежности: в основном брендированную одежду, которую я даже не распаковала. Последней я достаю подставку для канцелярских принадлежностей. У неё дно имеет форму окружности, в ней гремят почти истраченный карандаш и много всяких скрепок, прищепок, ластик, две ручки. Подставка большая с большим количеством разных отделений. Я гремлю ей, показывая, что у меня ещё есть в рюкзаке. На подставку с жадностью и вожделением смотрит женщина, которая ответственна, видимо, за выдачу всяких принадлежностей. Но я говорю, что эта вещь моя и отдавать я её не собираюсь. Я убираю её в свой черный спортивный очень удобный рюкзак и ухожу. Я иду к небольшому домику, где тут живет и работает Р. Я иду попрощаться. Я раздражена и выражаю Р. своё недовольство работой, как будто он в ней виноват. Хотя сам просто трудится, приняв обстоятельства. Кажется, ему тоже тут многое не нравится. И он совершает неожиданный выпад в мою сторону. Он бросает в меня серебряным православным крестиком, который я когда-то давно, доверившись ему, подарила, в надежде, что он будет ему помогать. Крестик не обычный. У него толстые перекладины и горизонтальная длиннее вертикальной. Р. Кричит на меня, говорит, что ему эта вещь никогда не была нужной, потому что он другой веры. Я выхожу из его рабочего домика. Погода прекрасная. Весна, всё цветёт. И я вдруг от горя падаю прямо лицом на асфальт. Я лежу на нём лицом вниз. Я не ранена, падение не причинило мне боль. Просто именно так я себя чувствую. А потом я встаю и решаю, что мне нужно искать другую работу и нет смысла горевать о том, что только что случилось с Р.
  7. Лето. Я еду в Д. на машине С.. Эта машина огромная. Вроде Уаза 469. Расцветка у машины военная. Машина сверхпрочная, железная, в огонь и в воду может въехать. Настоящий танк. Мы едем в Д. и въезжаем в город. Мы с С. Давно не в отношениях и я это подчёркиваю, хотя он мне дорог. В городе солнечно, летняя чудесная погода. Где-то на территории лесопарковой зоны мы останавливаемся на привал. Мы спим рядом на одной кровати или вроде того. Мы лежим оба на боку, лицом друг к другу. На достаточно большом расстоянии и кисти наших рук лежат друг на друге. Он так ничего и не понял, он не хочет понять, допустить, что это всё не будет иметь продолжения. Поэтому я и ухожу. Я иду к дому родителей по большой улице. Сумерки сгущаются и кажутся мне очень опасными. У меня есть телефон. Я нашла его в старом сейфе. Телефон мобильный, кнопочный, уже очень старый. Но благодаря этому он не разрядился за все годы лежания в сейфе. По дороге к дому родителей я звоню С. потому что мне страшно, и мне нужно чтобы со мной кто-то разговаривал. Мне стоит большого труда найти номер его телефона. Я его не знала наизусть и каким-то чудом нахожу сообщения от него. Эти сообщения в телефоне ещё с того времени, когда наши отношения только-только начинались. Я звоню ему. Но кажется не дозваниваюсь. Я всё ближе к дому, я тороплюсь. Самый тёмный и небезопасный участок дороги я преодолела. Опасности реальной как будто не было. Просто мне было ужасно одиноко, я боялась именно этого, похоже. И того, что из-за этого вокруг меня сгущаются странные сумерки. Я приближаюсь к мосту. Строительство его заканчивается, его перекидывают почти через весь город с одного берега на другой. Здесь полно рабочих. Мне не страшно быть среди незнакомых людей, мне не страшно, когда я просто с кем-то говорю. Там идёт очень сложная работа. Мост обрабатывают каким-то ужасно едким раствором у самого его основания. При этом рабочие не в масках, хотя и униформе и касках. Запах ударяет мне в нос, я зажимаю его и не дышу – он просто разъедает и способен убить меня. Я иду дальше, рабочие на меня смотрят – обязательно кто-то найдётся, кто нарушит границы работ. Этим человеком в этот раз оказалась я – я ведь спешу домой. При этом вообще работы ничем не огорожены. Я иду зажав одной рукой нос, другой рукой прижимаю телефон к уху, но не уверена, что я с кем-то разговаривала, может быть, ждала, что мне ответят. Пройдя участок работ я вдыхаю свежий воздух. Я встречаю своих знакомых, они тут гуляют в сумерках и у них всё хорошо, обычный вечер обычного дня, они идут развлекаться. Я же спешу к дому родителей. Когда я приближаюсь к дому, мне звонит мама. Я знаю, что папа спит, а мама в это время мне говорит, что все эти мои отношения с С. И А. - из-за них всё между нами портится, портятся наши отношения, и как будто значит из-за этого надо отказаться от отношений с мужчинами. Я в ярости. Мама давит на жалость, обвиняет во всём меня – это приводит меня в бешенство, и я кричу на неё и кладу трубку. Я останавливаюсь возле дома и не иду дальше. Я вижу машину А. – его железную грязно-персикового цвета восьмёрку. Он едет на ней мимо дома моих родителей. Я останавливаюсь и провожаю взглядом его машину. Он сам не то подходит ко мне, не то дозванивается до меня. Он рассказывает, ему звонил С. Он в панике от того, что я сбежала, они оба переживают и хотят меня найти. Я возмущена, тем, что А. вообще вмешивается. И тут из меня просто начинает как будто брызгать яд – я поддеваю его словами, издеваюсь над ним, пытаюсь по крайней мере. Он-то конечно непрошибаем и главное – у него своя жизнь. А я всё ещё страшно злюсь на него.
  8. Здравствуйте. Мне приснилось два сна в разное время. Но пока записывала второй, неожиданно поняла, что между ними есть сходство. поэтому выкладываю в связке. Мне снился сначала С и то, как мы с ним взаимодействуем: по коридорам здания ходим. Потом снился мужчина в ванной. Взрослый, отёкший. Он алкоголик, возможно, что и бывший, но это видно, что он алкоголик и старше меня значительно. Япредана ему не смотря ни на что. Не смотря на обрюзгшее тело. Не смотря на то, какой он неприятный человек. Он лежит обнажённый в ванной, ремонт тут исключительно модный: света мало, темные кафельные стены немного бликуют, белая тут только сама ванная. Он прогоняет меня, отсылает меня от себя. Я ухожу, махнув на него рукой. Ухожу чтобы встретиться с другим мужчиной. Он музыкант. Он иностранец. Мы встречаемся с ним в очень уютном здании. Небольшом, семейном. Это длинная стена домов по обе стороны от дороги, для семейных людей. Там прекрасная уютная обстановка. Мы ходим с ним по комнатам, в каждой из них мы сидим, болтаем, переходим в другую. Мы забираемся на чердак и, кажется, даже на крышу, чтобы посмотреть, как прекрасно не только внутри дома, но и снаружи. Мы разговариваем. Он очень мне нравится. Мы понимаем друг друга. Я стараюсь говорить на его языке – на английском. У меня это получается как будто само собой, хотя я не понимаю, как и когда задумываюсь об этом, то немного смущаюсь. Мне нравятся его песни и музыка. Она очень нежная, искренняя и душевная. Мы проводим тут день. А потом он уходит по делам и возвращается. Но с ним что-то случилось, что-то неприятное. Вернулся в дом, на нём футболка с надписями о каком-то мероприятии. Белая футболка с черными прямоугольниками со словами, он как будто что-то себе повредил или у него были неприятности. Тут мне становится страшно за него, мы лежим вместе и я обнимаю его. Мне хочется ему помочь изо всех сил. Но как-то так получается, что хотя пострадал он, он меня же и утешает, он меня успокаивает и защищает и мне становится тепло у него на груди. Пока мы переживали друг за друга и пытались неловко объяснить друг другу как мы друг другу дороги, мы целовали лица друг друга, но боялись поцеловать в губы. Мы как будто самые лучшие друзья, самые дорогие люди и боимся это потерять. Вроде бы всё очевидно, но решительные и однозначные шаги никто не делает. Между нами ещё нет отношений, хотя мы очень хорошо проводим время и прекрасно друг друга понимаем, симпатия явная. Я ощущаю покой, но не только от того, что он рядом, что он дорожит мной, но что он дорожим и моим покоем и может быть сильным сам и защитить меня. Когда ему он уезжает дальше, я дарю ему книгу с запиской. Очень красивую книгу. Может быть, мою любимую, а может быть я написала её сама. Я говорю ему что-то на русском языке. Что-то очень важное, искреннее, простое и объёмное о том, что чувствую к нему. Язык как будто разделяет нас. Но он всё равно слушает меня. Он уезжает. А я остаюсь. И на меня накидывается моя мама, почему я ничего не сделала, чтобы его удержать, ведь он такой видный, такой популярный. Такой покровитель и друг – это в жизни очень важно. Мама, как всегда, всё понимает по своему и совсем не так, как чувствую и понимаю я. Не проходит и дня, как я получаю от него сообщение в мессенджере – что очень неожиданно. Он пишет мне и вставляет одно русское слово. Он хочет знать, что оно означает. Это слово «единственное». Я понимаю, что он хочет учить мой язык и понимать меня и это начало.
  9. Сон №33. Общежитие

    @Ирина Здравствуйте! Доколе... нда. Спасибо большое!
  10. Сон №33. Общежитие

    Я приезжаю в Питер или в какой-то город. С Н. и К. Это всё одна команда для меня. Я оплатила эту стояночную квартиру. Заплатила 30 тысяч. Я пишу стояночная – потому что мы поедем дальше. Наш путь идёт дальше. В этой квартире я готовлю для всех еду. Что-то с мясом и овощами– какие-то котлеты – которые сама при этом не ем. Я знаю, что готовлю их для других. Не знаю точно зачем, потому что меня никто не просил. Но тут на кухне мы все что-то готовим. И вдруг через коридор в кухню проходят люди. Они начинают проходить и забирать то, что я приготовила. Они не говорят ни слова, они не здороваются и вообще не обращают внимания на меня, хотя я здесь. Это шокирует меня и у меня пропадает дар речи, я просто наблюдаю за ними. Они берут едут. Я иду в комнату, очень удивлённая. И вижу из комнаты, как другие люди заходят в квартиру, проходят по коридору и идут дальше в кухню. Все они забирают еду из холодильника. Я по-прежнему шокирована и не знаю, как реагировать. Они ведут себя так естественно, согласно какому-то своему порядку. Мне кажется, что некоторые из них двигаются воровато, как будто знают, что делают что-то нехорошее, другие беседуют между собой, смеются и поэтому не замечают меня, другие – двигаются решительно. Пока это происходит пребывает ещё одна наша знакомая, подруга Н. – Л. Я наблюдаю за людьми, которые входят в квартиру. Мне кажется, в основном, это женщины. Все эти люди – какие-то убогие, они не статные, не красивые, они низкого роста, худощавые. Большинство из них азиаты, как будто вьетнамцы. Кожа у них смуглая. Я решаю, что нужно наконец что-то предпринять. Всех этих людей я прошу заглянуть как будто в дальнюю комнату квартиры или общую комнату на этаже. Сюда приходят разные люди. Некоторые из них плохо говорят по-русски, а те, кто говорят, говорят странно, издеваясь над словами, как будто передразнивая. Здесь есть африканцы. Но скорее северные – у них более светлая кожа. Один такой – вроде местного старца или мудреца, он самый взрослый здесь, и грудина у него костлявая, сухая, а низ туловища – наоборот непропорционально упитанный. Я описываю им ситуацию. Вообще я тут какая-то очень миролюбивая, очень мягкая. Я говорю им о том, что чувствую, что увидела, что меня поразило, я стараюсь им описать ситуацию, чтобы они поняли, что произошло для меня. Меня так часто перебивают, не слушают, скучают, что я никак не могу дойти до сути и до конца истории. Но я очень терпелива и продолжаю говорить и пытаюсь довести рассказ до конца. При этом мои знакомые, которые здесь так же присутствуют, держатся очень холодно, очень отстранённо, они брезгливо относятся к этим людям, которые населяют дом, и они предпочли бы сделать вид, что ничего не произошло, но, покинув дом, хаять его с издевкой и высокомерием и удивляться. Я пытаюсь закончить историю. Меня перебивает «старец» он рассказывает о жизни на родине. О том, какие энергии и эмоции выражают их местные танцы. Они часто стучат ребрами ладоней по бёдрам, как будто подчеркивая и заостряя внимание на связи между бердом и тазом/пахом. Все пытаются повторить эти движения от нечего делать, они паясничают. А я переключаюсь на этот танец со всей серьёзностью. Я пытаюсь его повторить, повторить это движение и спрашиваю, что оно означает. «Старец» хотя и знает, что это, но моё внимание очень важно и льстит ему. Ничего вразумительного мне не отвечает, он говорит – это просто движение, его все делают. Наконец, большинство людей уходит. Остаются четыре слушателя из жителей этого дома. я дорассказываю им эту историю и плачу, плачу, потому что заплатила деньги и большие, как мне кажется, чтобы всем было хорошо и комфортно. Что меня расстраивает присвоение чужого, что я не знала, что здесь так принято, а оказалось, что эта квартира она вообще для того и нужна: не у всех есть холодильники, не все готовят, а здесь всегда можно поесть и у всех сюда есть доступ. Я не знала этого, меня это огорчает и я плачу. Четыре человека дослушивают меня и они растеряны от того, что ничего не могут сделать с тем, как всё заведено и потому что я не знала правил этого места.
  11. Сон № 32. Муза

    В этом сне я сбегала из своего родного города с остатками, обломками и буквально пылью, того что было когда-то плоской фигурой – кругом – из цветного синего бархатистого материала. Вроде картона. Я умела летать и летела… но эта способность проявлялась только тогда, когда чувствовала, что за мной – погоня. Я летела по воздуху, отталкиваясь от стен домов и от самого воздуха, по голубым перетекающим в розовые сумеркам лета. Я сделала остановку, пытаясь спрятаться. Это была квартира как из старомодных фильмов о будующем – с круглыми диванами, цветными, круглыми столами. Здесь была моя подруга и её младший брат. В уже довольно пасмурный день, мы понимаем, что за нами следят и пытаемся сообща уйти из этого укрытия. И мы оказываемся уже летом в моей нынешней квартире. Она как будто парит в небе высоко над землей, из окон видно только прекрасное небо. Сюда нагрянуло множество молодых мужчин, которые знали, что у меня есть сокровище. Точнее пыль и обломки, которые остались от этого сокровища. Я впустила их, потому что это была двойная игра: нужно было сделать вид, что сокровища нет и быть дружелюбным, но при этом спасти сокровище, будучи открытым. Я заперлась в кухне с главой этой группировки, и он начал разговор напрямик. Я поняла, что скрывать что-то бесполезно. Потом я снова летела вдоль улицы в Дубне, на фоне розового закатного чудесного неба в туманной дымке, я снова спасалась… и оказалась на берегу океана, по берегу которого шла парковая дорожка. Над океаном светило яркое солнце. Я летела над дорожкой вдоль воды и видела множество различных молодых женщин, как будто из разных сказок. Здесь не было мужчин. И все женщины были беременны. Одни из них прогуливались по дорожке, другие сидели кто где. Над ними властвовала старуха в черном плаще с посохом – ведьма с седыми растрепанными волосами и безумными глазами и улыбкой. Она заставляла их рожать. Одна девушка со скорбным выражением на лице в чёрном чепце и черном платье тоже была беременна… Она сидела на берегу за черным высоким забором со своей собакой… и я, пролетая над ней, увидела по другую сторону от черной стены чёрную статую мужчины – её возлюбленного. Старуха как будто сделала из него статую и он стоял в камышах в воде. Неподалёку от этой женщины в небольшой заводи я увидела двух подруг в ярких и лёгких одеждах, одна из них уже родила ребёнка и качала его на руках, а вторая… указав на вторую, старуха сжала кулак и сказала: «несите» и почему-то упомянула персик – как будто животы женщин были похожи на них. И та – понесла, испытывая явные боли в животе. И все остальные женщины которые не были беременны в тот момент, тоже забеременели. А так как я оказалась здесь, то и я тоже забеременела. Я бежала от этой старухи, летела по воздуху всё дальше и дальше и оказалась у неё в огромном деревянном тереме. Здесь она пыталась уличить меня в том, что я незаконно проникла сюда и забеременела, она пыталась заставить меня признаться, что я беременна. Но я молчала. И тогда она повела меня и ещё нескольких людей в свою огромную библиотеку. Деревянные стены, деревянные полки вдоль них, деревянный стол. Она стала двигать в поисках чего-то предметы на полках и на одной из полок воле своего рабочего стола оказались припрятаны сигареты – единственный признак внешнего мира. Мгновение я смотрела на них, а заметив, что их видно, старуха поспешила заставить их книгами. Как будто дело было в том, что сигареты – как и я – были признаком другого, внешнего мира. Старуха попросила мужчину – видимо, её слугу, напомнить ей название книг «игры престолов» и принялась искать их. А я поняла, что она их никогда не найдёт под таким названием, потому что это ведь книги «песнь льда и пламени», но кажется промолчала.
  12. Сон № 32. Муза

    Спасибо за быстрый ответ! Очень похоже на то, как я ощущаю и как думаю о том, что происходит. А сон и правда очень красивый и яркий, очень хотелось поделиться Ещё раз благодарю за ответ и помощь в понимании.
  13. Все привет. Вот такой сон приснился мне сегодня. Я иду по улице летом. Всё – в цвету, зеленые кусты растут по обе стороны дороги. Я иду в одну сторону. Там встречаю своего двоюродного брата С. Мы встречаемся на дорожке и идём в обратную сторону. Я замечаю, что на кустах и маленьких деревьях – сидят небольшие пушистые коты. Я так удивляюсь этому. Котики очень милые и я фотографию их на свой телефон – они на ветках, словно листва. Получаются странные снимки - не очень чёткие, но наполненные светом. Три котика сидят на ветках одного деревца. Иду дальше – на других – тоже. Мы с идём с С. И разговариваем. Сначала он не очень мне доверяет, а потом всё больше мы понимаем друг друга. Мы говорим о дороге. О том, что я много ездила до работы, когда-то давно – по пробкам. Теперь просто больше расстояния, а по времени – одно и то же. С. Сажает меня к себе в грузовик. Он – за рулём. мы едем к бабушке в дом. Приезжаем в дом к бабушке. Только я не понимаю, к какой. Потому что наша общая с ним бабушка – давно умерла. А та, которая живая – у неё не было такого дома… Но получается, что это всё-таки дом бабушки Л. Которая жива. Дом очень большой и старинный. Здесь на светлой террасе стол и за ним – много людей. Я вижу своего брата С. Как будто в черно-белом кино – красивым среди наших общих предков за столом. А сама продолжаю ходить по дому. Здесь папа, бабушка Л. И И. с супругом! Я хожу по красивому одноэтажному дому. В большой комнате причудливое окно – оно выходит в очень красивый залитый солнцем сад и в нём есть как бы капля-увеличивающая предметы. Всё стекло как будто не прозрачное – а эта капля сверхувеличивающая показывает всё что за окном. Она всё делает очень крупным и немного нереальным. Я стараюсь сфотографировать её и заодно очень красивый блик от солнца на телефон. Капля и блик - выстраиваются в диагональ. Я делаю несколько кадров. Потом я оказываюсь в ванной. На стенах здесь белая с объемным рисунком, отбрасывающим розовые тени – плитка. Плиточки небольшие, на каждой из них в центре – цветок с раскрытыми лепестками. Ванная голубого цвета и всё, что на уровне ванной – голубого цвета. Я принимаю ванную. Сажусь на дно. Бабушка стоит рядом со мной и вдруг становится крошечной – она едва достаёт руками до бортика ванной. Потом мы с бабушкой снова оказываемся в комнатах. Как будто И. строго требует у неё больше не лгать. На глазах бабушки появляются слёзы. Она ведёт меня к плетенной высокой корзинке с крышкой. Поднимает крышку и я вижу в ней кучу драгоценных серебряных редких монет. Одна из них большая – с изображением иконы Иисуса Христа руки его как бы расправлены в благословении – открыты, ладонями вперёд и вниз. Меня очень веселит эта находка. За этими монетами бабушка очень ухаживала – все они блестят. Бабушка предлагает мне взять несколько монет и я набираю небольшую горстку. Я вижу, что они ей очень дороги – она не готова с ними расстаться сейчас. Я обнаруживаю здесь так же кое-что любопытное. Здесь мои детские наручные часы. Не только мои, но и моих брата и сестры. И ещё чьи-то двое. Я хочу найти свои – красный пластиковый ремешок и рисунок на круглом циферблате. Я нахожу их – но они немного другие. Красный ремешок остался. Но циферблат стал прямоугольным и не защищен стеклом – бумага торчит за пределами рамки. Я забираю эти часики. Потом бабушка показывает мне ещё одну свою сокровищницу. Здесь – много драгоценных игрушек, куколок и подвески. Они очень красивые. Мне очень нравится небольшая куколка – брошка бежевого цвета. Она как будто из жемчуга. И яркая подвеска на шнурке – лепестки и цветок какого-то растения. Но время уходить. Наступил вечер, почти ночь. Я выхожу следом за папой. бабушка замечает, что я взяла подвеску и куколку, как будто я их у неё без спросу взяла. А я не помню, как взяла их и без сожаления отдаю. Бабушка говорит, что куколка эта – это вода. Меня изумляет, как я её выбрала из всех, как угадала в ней «своё». И. и её супруг уже сели в машину. Вторая ждёт нас с папой. дом бабушки находится на широкой улице в деревне. Неподалёку красивая церковь. Я смотрю на неё, а она вся в радужном свете. Я даже думаю, что эта картинка больше бы подошла для эмблемы Дисней ленда. Бабушка плачет. Я крепко обнимаю её. Мы с папой садимся в машину.
  14. Сон № 29 на новом месте

    Всем привет!) У меня произошёл переезд в новое жилище. Мне здесь нравится J Мне все, конечно, наставляли загадать в первую ночь «на новом месте приснись, жених, невесте», о чём я, конечно, же забыла.))) Но здесь мне стали сниться интересные сны. Вот первый Двор дома, откуда я переехала, лето. На первом этаже дома с входом со двора – продуктовый магазин. Я захожу внутрь. Я хочу купить что-то вкусное, не для насыщения, а что-то вроде попкорна с карамелью – исключительно для вкуса. Зайдя в магазин я вижу огромную очередь – магазин закрывается и здесь всё распродают. Не с прилавка, а уже со склада – дверь туда открыта и туда тянется цепочка из людей. Я сразу понимаю, что хочу взять, обратив внимание на место у кассы, но встаю в очередь на склад. В магазине под высоким потолком есть жёлтый свет, но он едва освещает помещение. В очереди мои ровесники. У меня такое ощущение, что все мы пришли сюда за воспоминаниями, за последним отзвуком детства. При входе в подсобное помещение, где очень светло и видно полки, на которых, видимо, хранились коробки с запасами продуктов, я обращаю внимание на парня. Он работает в этом магазине. Мне кажется, он младше меня, он улыбается мне. Я увожу его отсюда. Мы заходим в подъезд этого дома – вход в дом не со двора, как в магазин. В подъезде очень сумрачно. Мы заходим в маленький лифт (есть ещё грузовой с противоположной стороны) и обнимаемся. В лифте тоже мало света. Он везёт нас вверх. На третьем или четвертом этаже лифт останавливается и в него заходит целая толпа детей. Все они высокие, но им не больше десяти лет. Я почему-то боюсь, как отреагирует мой спутник и как же я радуюсь, когда он улыбается при виде них. Я смотрю на его улыбку и перестаю бояться. Мы все теснимся, плотнее прижимаемся друг к другу, двери лифта закрываются и мы едем выше. Потом мне снится большой город в сумерках. Здесь широкие улицы, проспекты. Город увешен праздничными огнями, машины не ездят – всюду ходят пешеходы и я иду по нему в вечернем черном платье и туфельках на каблуках – тоже чёрных. Сначала попадаю на широкую улицу – здесь парад в честь одной актрисы. Но мне этот парад неинтересен, я стараюсь с него уйти. Актриса преследует меня, пытаясь выяснить, почему она мне не нравится. Сначала я бегу от неё. А потом останавливаюсь – мне вдруг становится жаль её. Дело не в том, что она мне не нравится, а в том, что мне в общем она безразлична. Мне так жаль, что ей важно нравиться, важно чужое мнение. Я ухожу от неё. И сворачиваю на не такую шумную улицу, хотя тоже очень широкую с лестницей на тротуарах., улица ведёт с горы! Я иду не одна, здесь рядом со мной идут какие-то люди. Я обращаю внимание на ресторан на противоположной стороне дороги и останавливаюсь – в нём люди в нарядных вечерних костюмах – и я хочу присоединиться к ним. Потом я как будто слушаю историю, которая случилась в далёкие времена Шекспира в одном из королевств. В нём правил молодой очень красивый король, который любил свою сестру-близнеца. Они были как две капли воды похожи друг на друга. Светловолосые и светлоглазые. В тайне от всего дворца они сожительствовали и просыпались рано утром. Однажды они занимались любовью и вдруг у девушки – историю которой я почему-то проживала изнутри – началось маточное кровотечение. Это очень напугало её брата – он почему-то решил, что кровь идёт у него и кинулся в ванную. Девушка была спокойна и не чувствовала боли, хотя кровь залила всю её сорочку, но когда в спальню ворвались слуги, она упала на пол, сказавшись больной и напугав их. Дальше у меня лёгкая путаница. То ли в продолжение этой истории, то ли это был уже другой сон, но я в огромной ванной королевского дворца. Здесь множество ванн и очень светло. На стенах и полу и на сводчатом потолке – красивая плитка. Я здесь в числе рабочих ребят, несу в руках таз на стирку. А потом я как будто уже в собственном доме и планирую установку ещё одной ванной рядом с первой.
  15. Сон № 30 На новом месте №2

    А вот второй сон на новом месте. Кабина самолёта, но внутри она похожа на автобус – по два кресла с каждой стороны от прохода, водительское сидение – не отдельная кабина пилота. Я и бабушка заходим в самолёт с хвоста и идём вперёд – к первым местам после пилота. Я сижу как будто в проходе. На места рядом с пилотом садится пара: парень с синдромом дауна и его отец-сопровождающий. Отец ведёт себя пассивно. Парень с синдромом дауна развешивает на верёвке, натянутой как раз между рядом пилота и нашим с бабушкой – банные принадлежности: лопаточку для тёрки подошв, кажется, мочалку. Парень всё время крутится на месте, как юла. И предметы, развешенные на верёвочке, бьют меня по голове. Я возмущаюсь и прошу его успокоиться, потому что это доставляет мне неудобство. Но бабушка останавливает меня, объясняя это тем, что нельзя человеку в таком состоянии упрекать в неправильности его действий – он не понимает, что делает. Я тут же вижу эффект от своих слов – парень ругает себя и наказывает, хватается за голову и бьёт себя по голове. Я чувствую себя виноватой. Потом я и бабушка в комнате моего нового пристанища. Я сижу на диване и выдавливаю из левого плеча и левой ноги (область икроножной мышцы) белый гной. Я никак не могу понять, весь ли выдавила и выдавливаю до тех пор, пока гной не прекращает идти, но кровь не проступает. Обрабатываю раны. Бабушка садится рядом со мной, поднимает мою кофту на спине – дотрагивается до поясницы. Я думаю, что она проверяет нет ли там гнойников, но она как будто «видит» своей рукой мои внутренние органы и проверяет всё ли с ними в порядке. Она говорит, что у меня слабая печень. Но сама держит руку слева в области почек. Она держит руку и как будто лечит меня. Потом бабушка встаёт с дивана и подходит к зеркалу на дверце шкафа. Она сильно похудела от болезни и я смотрю на неё со спины. Я смотрю на её фигуру и понимаю, что мы с ней очень похожи по телосложению. Потом путанный отрывок сна, я не очень хорошо его запомнила. Мне снилось большое здание. Я была на его третьем этаже. Оно офисного типа, что-то вроде большого бизнесцентра, но причудливое. Потом мне надоело там находится. Я очень хочу выйти из него и выхожу из помещения, где была. За мной следует А.Б. она пытается уговорить меня остаться. Но мне нужно выйти – я чувствую это. На первом этаже у дверей мы сталкиваемся с дядей моего знакомого – они оба немцы. Он только что с улицы – там идёт дождь и он промок. Он очень приветлив и вежлив со мной. Его восхищает моя работа, о которой он много слышал. Он говорит по-немецки, но я понимаю посыл его слов – но я не могу поддержать разговор, поэтому мы скоро прощаемся. А.Б. всюду следует за мной по пятам, стараясь отговорить меня выходить из здания. Когда я открываю дверь на выход – она вдруг обнимает меня со спины, предпринимая последнюю попытку. Я вдруг понимаю, что зря её считала странной и надменной. Она понятно рассуждает и настроена ко мне дружелюбно. Как бы там ни было, я выхожу из здания и оказываюсь на пустынной дороге в городе Д. Здесь мне всё очень хорошо знакомо. Дорога имеет вид такой, как когда-то давно в моём детстве. На улице идёт дождь, тихо. Слева рынок. Справа на тротуаре торчит пень. По дороге не едут машины, все как будто попрятались. И по дорогам бредут, ковыляют и просто шагают какие-то странные люди. Горбуны, чудаки. Словом – отверженные. Я иду с ними – нам в одну сторону.
  16. Сон № 29 на новом месте

    Внесла небольшое дополнение в отрывок из сна про город: "Я ухожу от неё. И сворачиваю на не такую шумную улицу, хотя тоже очень широкую с лестницей на тротуарах., улица ведёт с горы! "
  17. Сон № 8. Большой и длинный...

    Всем привет! Сейчас в моей жизни важный период и вот мне приснился такой сон. Сон начинается с загородного дома. Здесь я встречаю своего папу. Стою перед зеркалом и смотрюсь в него и выдавливаю прыщи - на щеках. Из прыщей и забитых пор выходит гной. А из одной забитой поры я выдавливаю целую гнойную каракатицу, довольно безобидную, но не очень симпатичную на вид - она похода на капсулы рыбьего жира по цвету и такая же полупрозрачная, с головой и рожками-усиками. Я понимаю, что это - паразит. Я хочу показать его папе и сохранить, чтобы узнать, какие мне нужно ставить уколы от него (я уже на них согласна), поэтому каракатицу кладу в контейнер для еды, а его оставляю в раковине на кухне (в раковине много посуды). Но когда я возвращаюсь туда через некоторое время, то открыв контейнер вижу, что, видимо, из-за того, что он был не герметичен, каракатица разложилась и стала просто какой-то темным гноем. Но после этой чистки, лицо становится моложе на несколько лет и более худым. Потом я прихожу в большой гараж, где темно без электрического света. В гараже довольно просторно. Здесь стоит шкаф, мой детский огромный шкаф (в нём и родительские вещи тоже есть). В гараже папа и наши родственники со стороны мамы. Я забираю из шкафа свои вещи, шарюсь по полкам. Потом ухожу вместе с папой. Мы выходим вместе из загородного дома, в котором были вначале. Это деревянный одноэтажный дом, выкрашенный в голубой цвет. Мы выходим ранним осенним утром в туман, через который пробивается солнечный свет. Мы идём к машине. Папа садится за руль. В доме остаётся мама, мы оборачиваемся к дому, как бы покидая маму, которая там внутри, садимся в машину и уезжаем в старую часть города. Я иду по старой части города и мне звонит коллега с бывшей работы. Он почему-то решает завести со мной разговор о том, какие мужчины мне нравятся. Я удивляюсь - неужели такие? И он серьёзно, без улыбки отвечает - видимо, так. Мы оказываемся в квартире, где живёт бабушка. Квартира - это длинный и узкий коридор с большим количеством (около трех или четырех) комнат, расположенных друг за другом. В каждой комнате живёт человек. В последней - женщина, подруга бабушки, которая потерял мужа. Здесь довольно уютно, как в старых домах, в которых давно живут. И светло. Через квартиру растёт дерево. Я скрестив руки на груди, проверяю как живёт здесь бабушка, и спрашиваю, почему здесь дерево, нормально это или нет? Я стою рядом со стволом и смотрю в потолок, в котором специальная дыра для этого ствола. Бабушка отвечает мне, что ведь они старики - поэтому деревья как связующее звено между землей и небом, поэтому оно здесь и растёт. Мы с папой уходим из этого дома и обходим его. Я делаю несколько фотографий желтой листвы на деревьях, которые складываются в красивый узор на фоне густого тумана. И вдруг я замечаю в окне этого дома своего преподавателя танцев. Он корчит рожи, зная, что попадает в кадр. Я машу ему рукой и ухожу дальше. Теперь я оказываюсь в огромном доме. Кажется, я захожу себя, не намереваясь оставаться надолго, но дом оказывается несколько другим местом, чем я ожидала. Это как будто большой дом семьи по маминой линии. Я захожу сюда и долго осматриваюсь. Я прихожу сюда и меня никто не встречает, но как только я появляюсь - приходят и другие наши родственники - сестра бабушки с внуками, её муж. ДОм заставлен старыми вещами. Он сильно заброшен. Здесь есть даже класс как в школе - с партами, обращенными к высокому шкафу, на котором стоит телевизор. Я сажусь здесь за парту - она для детей младшего возраста - всё очень маленькое. Задержавшись в классе на некоторое время я иду дальше - моя цель - ванная. Я хочу принять душ и главное - вымыть голову. Я нахожу две ванных комнаты, расположенных близко друг к другу в одном коридорчике - закуточке. Здесь в коридоре на полу валяются вещи, которые хотели отправить в стирку, уже довольно старые, светлые одежды, мне кажется - детские. Я захожу в ванную и пытаюсь найти среди многочисленных моющих средств - шампунь, но здесь только гели для душа - все они незнакомых иностранных марок и каждый - как будто из другой страны. Я раздеваюсь. В это время дверь ванной открывается и я вижу в коридоре, вошедшего в дом мужчину. Я приглашаю этого мужчину не робеть и присоединиться ко мне. И закрываю эту дверь. Встаю в ванную и включаю душ. Я принимаю душ. И открывается дверь из детского учебного класса, входят дети. И выходят в другую дверь. Потом этот мужчина вместе со мной стоит в ванной так же раздетый. Я обнимаю его под душем. Между нами происходит секс. Всё это время, пытаясь найти и принять душ, я очень сильно хотела писать. И не успела сходить в туалет, уединившись. И вот теперь в процессе секса я пытаюсь расслабиться и избавиться от лишней жидкости, потому что мы и так под душем. Мужчина смотрит на меня и не понимает, что происходит, а я не хочу посвящаться его в свой интимный процесс, непонимание его злит. Не помню, чем это заканчивается. Но открывается дверь в ванную со стороны коридора и входной двери и на нас оттуда смотрит сестра бабушки. Мы стоим, прислонившись друг к другу и стараясь друг друга закрыть, на что нам отвечают, что всё равно всё видно и понятно - и показывают на то, что его пенис нам не удаётся укрыть между нашими животами. Из ванной мы выходим в комнату. Этот дом где-то за городом, но это место совсем не похоже на то, что было в начале сна. Здесь рядом с домом растёт дерево. Мы держимся за руки и всюду ходим вдвоём. Здесь тоже чудесная тёплая осень и нет никакого тумана, светит солнце. Мы обходим дом вокруг, чтобы войти в другую дверь. И вдруг я обнаруживаю в памяти своего телефона много фотографий Р., потому что он их отправил мне в мессенджер, который автоматически сохраняет файлы в телефон. Меня не трогают его фотографии, но я наблюдаю за тем, как ему непросто. Он старается улыбаться и привлечь внимание, казаться беззаботным. Но я чувствую как он потерян. Он даже делает фотографию в том месте возле этого дома, где я сейчас нахожусь, где он останавливался у друга в палатке - прямо на улице. Я узнаю это место. Я наблюдаю за ним с сожалением и его попытки связаться со мной оставляю без ответа, а его желание погрузить меня в свою жизнь кажутся мне жалкими и отчаянными. Как будто он понимает теперь, что упустил что-то важное. Но я уже с тем мужчиной, которого выбрала. Вот такой длинный сон. Вроде бы очень понятный, но например, дерево в квартире бабушке мне не понятно... Буду благодарна за ваши предположения и пояснения
  18. Всем привет! Недавно мне снилась квартира бабушки. Квартира по планировке точь-в-точь реальная квартира моей бабушки: довольно большая кухня, от неё длинный темный коридор. Мимо входной двери напротив которой - вход в спальню. В конце коридора совмещённый санузел и вход во вторую комнату поменьше. Во сне я оказалась в квартире ночью. При чём в самый разгар вечеринки с какими-то ребятами, судя по всему, моими знакомыми. Самой бабушки в квартире нет. Я прихожу откуда-то из коридора, из темноты. По дороге в кухню в носки мне впиваются швейные иголки. В кухне я останавливаюсь и вынимаю их - я не поранилась. Здесь у самой двери в окружении девушек сидит парень, который мне нравится. Но он лишь строит мне глазки, и я не разговариваю с ним, потому что он общается с другими девушками. Я иду по коридору. Здесь темно, за окнами ночь. В коридоре света нет, он не освещен. Но здесь полно чудесный вещей, которыми загромождены шкафы в коридоре. Я не разглядываю каждый предмет отдельно, но вижу, что здесь куча какого-то интересного барахла. В приоткрытую дверь санузла я вижу, что там нет света - он выключен, а пол идёт под откос - от порога к унитазу. Я туда не захожу. На рассвете, когда все укладываются спать в спальне бабушки и дедушки. Я ухожу в дальнюю комнату. И тогда парень, который мне нравится - красавчик, но как будто младше меня - уделяет мне внимание. Я вижу, что он очень доволен, что я ждала, маялась, когда он обратит на меня внимание. Он хочет подойти... А я думаю: почему так? Я вовсе не хочу, чтобы так было. Не хочу стоять в стороне, пока он всем нравится, пока его окружают эти люди. И теперь когда он готов это сделать, я думаю... нужно ли мне это. В дальней комнате за швейной машинкой на диване спокойно сидит муж бабушки. Я, приоткрыв дверь, проверила, не притесняем ли мы его. Но муж бабушки как ни в чём ни бывало продолжал шить, не обращая на меня особенного внимания: он глухой (так же как и в жизни). Закрыв за собой дверь, я вышла из комнаты. В спальню бабушки и её мужа я во сне не заходила. Примерно год назад мне начали сниться сны, связанные с жилищем бабушки. Я даже однажды была в квартире, но она была пустой и там нужно было много убираться.
  19. Всем привет! Вот что мне приснилось на днях. Первый отрывок. И. в соц.сети оставляет улыбчивый комментарий под фотографией, которую я сделала: на ней две человеческие фигуры, которые тонут в своих тенях, отбрасываемых на стену. По этой фотографии, говорит она, видно, что страх перед отношениями велик не только у Р., но и у меня. И этот комментарий объясняет что-то Р. и он принимает решение действовать. Я иду вверх по довольно крутому склону холма. Зима, холодно, но погода солнечная. На меня надето серое пальто, на голове большой капюшон, руки в карманах. На самой вершине холма я поднимаю взгляд и вижу Р. Он одет в черное пальто с таким же большим капюшоном на голове, как и у меня, руки в карманах, за спиной рюкзак. Лицо открытое. Он улыбается мне. Я же паникую от этой неожиданной встречи. Сворачиваю резко влево и назад с намерением перейти через дорогу на противоположный тротуар. Но проделав несколько шагов, так же импульсивно разворачиваюсь назад. В это время Р. говорит мне что-то, улыбаясь. Как бы пытаясь скрыть свои чувства за спокойной улыбкой, о том, что у него появилось время и раз уж так вышло... То он что-то объяснит. Пока он говорит это, я возвращаюсь, с разворота зачерпываю рукой снег и кидаю его в него. Снег попадает прямо Р. в лицо, что приводит меня в ужас. Р. обескуражен, он становится более серьёзным, как бы про себя делает пометку, что это случилось. Но от своего намерения не отказывается. Потом снился большой сон. Мы вдвоём вместе с И. приходим домой к моим родителям. Встречаем папу. Он с подозрением относится к этому визиту. Мы с И. проходим ко мне, сидим на кровати и что-то обсуждаем. Потом оказываемся на кухне, где продолжаем разговор. Потом я и папа провожаем И. На улице зима. Мы сопровождаем её к другому дому. Мы проводили И. к другому дому, где ей предстоит подняться на второй этаж по внешней "пожарной" лестнице. После этого у меня появляется довольно интересный агрегат: металлическая доска и что-то вроде лома - железная длинная палка, загнутая и раздваивающуюся на конце - ей я поддеваю доску и так передвигаю её. Я взволнована и сообщаю папе, что хочу ему кое-что показать, связанное с этой доской. Я знаю, что на ней можно летать. Но не уверена в своих силах и предлагаю папе отойти подальше на дорогу. При этом снег, как мне кажется - на руку: в случае неудачной попытки взлета приземление будет мягким. Но по мере нашего удаления от дома, наступает весна. Снег остается только среди пролесков между небольшими деревянными домами. Наконец, последний раз поддев ломом доску, я встаю на доску сама, позади меня встаёт папа. Я трижды ударяю ломом в землю, как волшебным посохом, и мы взлетаем. Я делаю это впервые и не очень хорошо контролирую скорость полёта. Но мы взлетаем всё выше над землей. Пролетаем небольшой этот участок с невысокими деревянными домами и пролеском, взлетаем всё выше и летим над городом Д. Летим очень высоко! И я рулю этим "ломом", доска набирает скорость. Мы проделываем огромную дугу, разглядев большую часть города с высоты, и я заворачиваю и иду на снижение. Полёт проходит просто прекрасно. Мы мягко планируем над озерами, где расположено поселение, вроде походного лагеря. В воде, я вижу, группа людей обижают одного человека. Просто какая-то несправедливость, что-то нехорошее, что вызывает во мне возмущение. Это происходит, когда мы летим над озером. И из-за того, что я возмутилась, мы не долетев до берега, падаем прямо в воду. Из воды выбираемся. Я осматриваю поселение. О, здесь очень хорошо и интересно. Группы людей что-то делают. Я наблюдаю за ними. Потом иду к С. Оказываюсь у него в комнате. Здесь светло и очень современно. Единственное, что меня удивляет - это довольно большой телевизор, который он использует вместо монитора для компьютера. Мы ложимся на кровать. Я целую его. Поцелуй чудесный - долгий и нежный, с пониманием. Но я чувствую, как С. становится нестерпимо грустно от того, что он знает, что я всё равно уйду, и он уже в том моменте, когда меня нет рядом с ним. И я отстраняюсь, чтобы не терзать его, встаю с кровати. Вот такие сны. Больше всего меня интригует летающая доска И "лом"... Буду очень благодарна за мнения, чувства и расшифровки!
  20. Сон №26. Из зимы в лето на летающей доске

    Очень интересно. Похоже, так и есть. Чищу память.
  21. Сон №26. Из зимы в лето на летающей доске

    Спасибо, Ирина Особенно интересно про семью - насущное, а новые возможности - это просто сказка Летать мне понравилось. И знаете, что мне нравится? Мне нравится, что объяснение каждого сна (ну, практически) вы начинаете с того, что сон - замечательный :))) это очень ободряет:) так что спасибо за бодрость и оптимизм:)
  22. Спасибо, Улун! Присоединяюсь к Ирине - твоя информация всегда очень интересная, и очень кстати
  23. Дизайн Человека и Дети

    @Улун спасибо, подумаю:) мне пока очень нравится та информация, которую ты вытаскиваешь - она оказывается очень важной и актуальной. не успела придумать вопрос, а вот он ответ - и это то, что нужно:)
×